Мне трудно еще и потому, что я испытываю определенные сентименты к Грузии: люблю узенькие улицы и закоулки Тбилиси, напоенные ароматом кофе; фантастическое пение грузинского православия; вкус инжира и вина Алазанской долины, плеск черноморской волны в Сухуми и Батуми. Прошлой ночью вместо снов, я мысленно блуждала по уголками «своей» Грузии, какой ее помню с детства и юности. И сердце рвется от мысли, что вряд ли удастся когда-либо полакомиться чебуреками на сухумской набережной и потом поплескаться в теплом и прозрачном море. Потому что та Грузия осталась в ностальгических воспоминаниях и ночных видениях, а реальность прямо противоположна моим воспоминаниям и устоявшимся грузинским образам.
К сожалению, это не впервые, подобное со мной случалось вдалеке от Грузии: двадцать лет назад, стоя на Косовском поле, я даже не представляла, что на том же месте, уже в реалиях и доспехах ХХІ века, снова сойдутся соседние цивилизации. И рядовые сербы и албанцы – вчерашние соседи и добрые друзья – снова будут уничтожать друг друга. А седовласые политики с высот своего политического Олимпа лишь будут бросать архивные бумаги в огонь, посылая людей на битву до первой крови или последнего патрона.
И что в Косове, что в Грузии, политики начали призывать к переговорам и прекращению огня только тогда, когда первая кровь уже пролилась, а потом – и вторая. И уже не грузинские бойцы, не осетинские отряды самообороны, а русские танки пошли напрямик – улицы, скверы, чей-то двор, чей-то сад... чья-то судьба... чья-то жизнь... И снова, вдалеке от места, где разворачивается кровавая драма между народами, найдется какая-то влиятельная сволочь, которая внимательно посмотрит на карту Европы, а там и Крым, и Приднестровье, и Страна Басков. Найдется несколько изданий, близких к «ястребам войны», которые будут муссировать тему об «исторической принадлежности и исторической справедливости», «интересах русскоязычных граждан», и тому подобное. И – что тогда? Война до последнего патрона, после чего уцелевшим можно и за стол переговоров сесть? Или просто бесконечная бойня?
Сценариев всегда немало. Военных стратегий тоже.
Военной техники и живого (временно) «мяса» к ней хватит. Но лучше бы хватило здравого смысла, ума и осознания одного единственного факта: человеческая жизнь бесценна. Уничтожение одной жизни повлечет за собой уничтожение семей, городов, целых краев и стран, нерождение следующих поколений, несоздание новых научных или художественных шедевров.
В русском курортном городе Сочи живут мои родственники. Я боялась им звонить – возможно, «в грузинском вопросе» мы очутились по разные стороны баррикады. Как и с коллегами из абхазского телевидения, с которыми мы рядом стояли на киевском Майдане. И это то, чего никогда не прощу политикам-«ястребам»: разделение на своих и чужих, разъединение и уничтожение любимых грузинских уголков моего детства и воспоминаний о жгучих слезах на Косовском поле.
Богдана Костюк
http://www.pik.org.ua/
